Эрдоган не снижает ставки

Кавказский успех стал для Эрдогана свидетельством правильности его авантюрной стратегии.

 

Фактически победный для азербайджано-турецкой коалиции итог войны за Карабах стал серьезным допингом для самоуверенности и геополитических амбиций Р.Т.Эрдогана. Турецкий лидер готов к новым нахрапистым акциям военного, политического и смешанного характера как на уже облюбованных для активности направлениях, так и на новых участках.

Так, на очередной виток вышло взаимодействие с Киевом по «крымскому вопросу». Он, в частности, обсуждался во время визита Зеленского в Анкару в середине октября. Украинская сторона с разной степенью успеха пытается продвигать на международном уровне так называемую «Крымскую платформу», некую полувиртуальную то ли коалицию, то ли дискуссионно-практическую площадку по «деоккупации Крыма», и основным своим союзником и контрагентом по данной платформе считает как раз турок. Зеленский так и сказал в интервью в интервью турецкому информационному агентству Demirören: «К сожалению, после 2014 года не было создано ни одной институции, которая могла бы стать площадкой для решения проблем Крыма и, прежде всего, для развития механизмов, которые могут прекратить оккупацию. Именно поэтому мы и создаем Крымскую платформу…Нашей общей задачей должна быть наработка решений для скорейшего возвращения Крыма под контроль украинского государства. И мы надеемся на серьезную роль Турции в этом вопросе. Ведь разве можно что-то решить без Турции в нашем регионе? Нет, конечно».

Режим Эрдогана, вполне согласный с последним тезисом украинского президента, не сразу поддержал киевскую инициативу со всем возможным энтузиазмом. Тем не менее, во время состоявшегося 2 декабря визита в Анкару главы украинского МИД Дмитрия Кулебы очередное подтверждение солидарности намерений все-таки было получено. По итогам общения с Кулебой его турецкий визави написал в Твиттере: «Мы провели встречу с министром иностранных дел Украины Дмитрием Кулебой. Продолжим укреплять наши отношения, в том числе в области военного сотрудничества и оборонной промышленности. Мы приветствуем инициативу "крымской платформы"». К слову, накануне турецкие берега посетил еще и украинский премьер-министр Денис Шмыгаль. Помимо вопросов военного и экономического сотрудничества (читай – подчинения турками «незалежной») была обсуждена возможность турецкой финансовой помощи «профессиональным крымским татарам» из запрещенного в России «меджлиса». Киев недвусмысленно намекает, что взять на себя содержание этих малополезных людей должны именно их турецкие братья.

Турки на определенную помощь согласились, что, впрочем, должно не столько радовать, сколько настораживать украинский «политикум». Всем известно и понятно, что Турция, не признавая Крым российским, на самом деле не считает его и украинским. Хозяином или, скорее, полуофициальным протектором-сюзереном полуострова Анкара видит себя, а крымских татар – проводниками своего, именно своего, а не украинского влияния. Скажем, в октябре после визита Зеленского турецкий интернет-портал Haber7 написал: «По мнению Эрдогана, Россия несправедливо отобрала Крым у Османской империи в 1783 году, и эти земли должны быть возвращены современной Турции, которая является продолжением империи». Тогда же влиятельная газета газетаMilliyet отметила: «Эрдоган не считает Крым российским, но также он не считает, что полуостров принадлежит Украине».

Пока же Киев и Анкара остаются попутчиками и партнерами, и турки, явно доминирующие в этой смычке, готовятся распространить свои действия и интересы далеко за пределы Крыма. Еще на финише карабахской войны многие эксперты отмечали, что реализованная тюркским дуэтом модель может затем быть использована и в зонах других конфликтов на европейской части постсоветского пространства: замороженных, как в Приднестровье, или перманентных, как в Донбассе. Но не все могли предполагать, что в донбасском случае модель начнут применять столь буквально – с участием самих турок. Речь о переброске в зону конфликта купленных Украиной турецких беспилотников (БПЛА) Bayraktar TB2, а также появившейся в разных источниках информации о вовлеченности турецких военных советников и наблюдателей в подготовку нового наступления. К слову, еще два месяца назад было объявлено о приобретении Киевом партии из еще почти полусотни «Байрактаров», но они пока на вооружении ВСУ не поступили, более того, договоренность даже толком не оформлена. В любом случае, этот сюжет указывает на неразрывную связь всех событий и участков на Южной геополитической дуге, раскинувшейся от Донбасса и Новороссии до Северной Африки.

Дополнительную интригу создали недавние президентские выборы в Молдавии, вплотную примыкающей к Южной геополитической дуге. Победу на них одержала Майя Санду, политик прозападной, прорумынской и антироссийской ориентации. Хотя в государственной системе Молдавии президентские полномочия сильно ограничены, избрание Санду служит барометром настроений в стране и маркером важных изменений в ее курсе. Госпожа президент намеревается решать «приднестровский вопрос» в тесной координации и союзе с Украиной и собирательным Западом. Здесь все более-менее понятно и особой коллизии и стыковки с турецкими интересами нет. Запутаннее выглядит ситуация с автономной Гагаузией, где велико влияние России и Турции одновременно. Санду крайне непопулярна (всего несколько набранных процентов) среди гагаузов именно как антироссийский и прозападный политик. Но успела она отметиться и в турецком «кейсе». Так, несколько лет назад бурю возмущения в автономии вызвали ее слова, что получать дотации от турок «не по-христиански». Судя по всему, Анкара в ближайшие годы будет наращивать влияние в Гагаузии в противовес одновременно Москве, Кишиневу с Санду и стоящим за ней Бухаресту и западным центрам силы.

532

Оставить сообщение:

Рекламный баннер 970x90px 970na90